Nederlands   English  
ПРАВОСЛАВНЫЙ СОБЕСЕДНИК № 10
Лето 2007 г.

ЧИТАЙТЕ В НОМЕРЕ:



От настоятеля


Дорогие братья и сестры!

В мае месяце произошло историческое событие – Русская Православная Церковь вновь стала единой! 17 мая в праздник Вознесения Господня в Москве был подписан Акт о каноническом общении между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью. Большинство из вас читали об этом событии в новостях, следили за первым совместным богослужением по телевизору. В этом номере вы найдете подробный очерк об истории разделения Русской Церкви – советую вам прочитать его весь до конца, иначе трудно понять весь масштаб и значение происшедшего в мае события.
20 июня исполняется 3 года со дня освящения нашего храма. За прошедшее время много было сделано для его благоукрашения: появилось много новых икон, подсвечников. Были сшиты облачения для аналоев красного, черного и фиолетового цветов. В ближайшее время будет готов комплект храмовых облачений золотого цвета. Храм наполняется людьми – и постоянными прихожанами, и новыми. Совершается много крестин, венчаний. В приходском зале устраиваются праздники. А 3 июня после литургии состоялся первый приходской праздник под открытым небом. Погода нас не подвела, и место было выбрано превосходное – березы, пруд. Подробнее о пикнике можно будет прочитать на нашем сайте. Всем спасибо за организацию и участие!



От редакции



Уважаемые читатели, дорогие братья и сестры!

Мы рады вновь приветствовать вас на страницах "собеседника". Не устаем повторять, что читательский вклад неоценим для редакции и во многом определяет характер и содержания нашего издания. Благодарим читательницу, подсказавшую нам тему рубрики «Непридуманные истории». Надеемся, что приведенные в ней истории станут интересны нашей аудитории.
Благодарим нашего корреспондента Светлану ван Бейк-Никитину за очередной материал из серии «Паломничество по Золотому кольцу». Светлана предваряет свой материал вступлением, которое выходит лишь в нынешнем номере.
Возможность рассказать о прочитанном мы вновь предоставляем прихожанам. В этом номере Ирина Можарова делится впечатлениями о прочитанной книге, взятой в приходской библиотеке.
Пришло лето – пора отпусков. Редакция "Собеседника" от имени библиотеки и Церковного совета хотела бы просить прихожан привозить литературу в библиотеку, а для церковных нужд - кагор и свечи. От своего же имени редакция просит всех прихожан делиться с нами и читателями рассказами о посещенных святынях, приобретенном паломническом опыте, «непридуманными» историями.
Ангела-спутника всем тем, кто отправляется в поездки ближние и дальние, хороших отпусков и каникул. Храни вас Господь!



Объявления

Обращаем внимание на то, что ассортимент книг, утвари и икон в нашей свечной лавочке меняется. Появились новые акафистники, молитвословы. Имеются интересные работы выдающихся богословов современности о литургии и церковных таинствах.
Если чего-то необходимого вам нет в наличие, сообщите об этом свечницам, а если, в свою очередь, вы уже заказывали, например, икону, то не забывайте осведомиться, быть может, ее уже привезли для вас.



Home Колонка библиотекаря


Раздел ведет Ирина Можарова



О книге «Путешествие Антиохийского патриарха Макария в Россию в половине 17 века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским».
автор Павел Алеппский (архидиакон) / Пер. с араб. Г. Муркоса. Москва. 2005 год.

"Во имя Отца и Сына и Святаго Духа, Единого Бога, Аминь".
Так, во славу Божию, архидиаконом Павлом Алеппским, единоверным нам арабом, был сохранён для потомков ОБРАЗ РУССКОГО БЛАГОЧЕСТИЯ времён царя Алексея Михайловича.
Это удивительная книга. Событие. Открытие. Поток публикаций. А у нас на полочке она стоит невостребованная. (На самой верхней полке в книжном шкафу). Что же, голландцы говорят "онбэкэнд маакт онбэминд".
Павла Алеппского нельзя не полюбить, прочитав его путевые записки.
Наберите, интереса ради, например в Яндэксе, это имя, и оно откроет перед Вами 17 век и православный мир. Но, самое главное, Вы увидите, как архидиакон Павел, "лишённый правильного образования", беседует с самыми разными людьми - с верующими и неверующими, с русскими и нерусскими, с учёными и простецами, со своими многочисленными читателями, с нашими с Вами современниками. И у всех есть, о чём с ним поговорить.
Это тем более удивительно, что записки писались собственно для одного только человека, диакона Гавриила Дамасского, друга. И мысль в них высказывалась одна, главенствующая, "о великой созидательной роли Православной Церкви" и "о благотворном влиянии монастырей в жизни и устройстве государства Российского".
Как бы там ни было, но Макарий, Патриарх Антиохийский, сделал в своё время правильный выбор, взяв с собой в путешествие за московской милостью архидиакона Павла, православного собеседника.
Однако, что за польза их душенькам от всех наших похвал?
Другое дело попросить о. Григория отслужить панихиду за рабов Божиих:
Патриарха Макария, архидиакона Павла, диакона Гавриила, единоверных нам арабов.
"... Наш учитель отвечал поклоном и сказал: "Не взыщи на нас, славный государь! Страна наша очень далека, и уже три года, как мы выехали из нашего престола. Твоё царство велико, прими это малое за большое ..."


Home Семейное чтение

ТРИ СТАРЦА
Л. Н. Толстой

А молясь, не говорите лишнего, как язычники: ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны. Не уподобляйтесь им: ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него. (Матф. VI, 7, 8)

Плыл на корабле архиерей из Архангельска-города в Соловецкие. На том же корабле плыли богомольцы к угодникам. Ветер был попутный, погода ясная, не качало.
Богомольцы — которые лежали, которые закусывали, которые сидели кучками — беседовали друг с дружкой. Вышел и архиерей на палубу, стал ходить взад и вперед по мосту. Подошел архиерей к носу, видит, собралась кучка народа. Мужичок показывает что-то рукой в море и говорит, а народ слушает. Остановился архиерей, посмотрел, куда показывал мужичок: ничего не видно, только море на солнце блестит. Подошел поближе архиерей, стал прислушиваться. Увидал архиерея мужичок, снял шапку и замолчал. Увидал и народ архиерея, тоже сняли шапки, почтенье сделали.
— Не стесняйтесь, братцы, — сказал архиерей. — Я тоже послушать подошел, что ты, добрый человек, рассказываешь.
— Да вот про старцев нам рыбачок рассказывал, — сказал один купец посмелее.
— Что про старцев? — спросил архиерей, подошел к борту и присел на ящик. — Расскажи и мне, я послушаю. Что ты показывал?
— Да вот островок маячит, — сказал мужичок и показал вперед в правую сторону. — На этом самом островке и старцы живут, спасаются.
— Где же островок? — спросил архиерей.
— Вот по руке-то моей извольте смотреть. Вон облачко, так полевее его вниз, как полоска, виднеется.
Смотрел, смотрел архиерей, рябит вода на солнце, и не видать ему ничего без привычки.
— Не вижу, — говорит. — Так какие же тут старцы на острове живут?
— Божьи люди, — ответил крестьянин. — Давно уж я слыхал про них, да не доводилось видеть, а вот запрошлым летом сам видел.
И стал опять рассказывать рыбак, как ездил он за рыбой, и как прибило его к острову к этому, и сам не знал, где он. Поутру пошел ходить и набрел на земляночку и увидал у земляночки одного старца, а потом вышли и еще два; покормили и обсушили его и помогли лодку починить.
— Какие же они из себя? — спросил архиерей.
— Один махонький, сгорбленный, совсем древний, в ряске старенькой, должно, годов больше ста, седина в бороде уж зеленеть стала, а сам все улыбается и светлый, как ангел небесный. Другой ростом повыше, тоже стар, в кафтане рваном, борода широкая, седая с желтизной, а человек сильный: лодку мою перевернул, как ушат, не успел я и подсобить ему, — тоже радостный. А третий высокий, борода длинная до колен и белая как лунь, а сам сумрачный, брови на глаза висят, и нагой весь, только рогожкой опоясан.
— Что ж они говорили с тобой? — спросил архиерей.
— Все больше молча делали, и друг с дружкой мало говорят. А взглянет один, а другой уж понимает. Стал я высокого спрашивать, давно ли они живут тут.
Нахмурился он, что-то заговорил, рассердился точно, да древний маленький сейчас его за руку взял, улыбнулся, — и затих большой. Только сказал древний “помилуй нас” и улыбнулся.
Пока говорил крестьянин, корабль еще ближе подошел к островам.
— Вот теперь вовсе видно стало, — сказал купец. — Вот извольте посмотреть, ваше преосвященство, — сказал он, показывая.
Архиерей стал смотреть. И точно, увидал черную полоску — островок. Посмотрел, посмотрел архиерей и пошел прочь от носу к корме, подошел к кормчему.
— Какой это островок, — говорит, — тут виднеется?
— А так, безыменный. Их много тут.
— Что, правда, — говорят, — тут старцы спасаются?
— Говорят, ваше преосвященство, да не знаю, правда ли. Рыбаки, — говорят, — видали. Да тоже, бывает, и зря болтают.
— Я желаю пристать к острову — повидать старцев, — сказал архиерей. — Как это сделать?
— Кораблем подойти нельзя, — сказал кормчий. — На лодке можно, да надо старшого спросить. Вызвали старшого.
— Хотелось бы мне посмотреть этих старцев, — сказал архиерей. — Нельзя ли свезти меня?
Стал старшой отговаривать. — Можно-то можно, да много времени проведем, и, осмелюсь доложить вашему преосвященству, не стоит смотреть на них. Слыхал я от людей, что совсем глупые старики эти живут, ничего не понимают и ничего и говорить не могут, как рыбы какие морские.
— Я желаю, — сказал архиерей. — Я заплачу за труды, свезите меня.
Нечего делать, распорядились корабельщики, переладили паруса. Повернул кормчий корабль, поплыли к острову. Вынесли архиерею стул на нос. Сел он и смотрит. И народ весь собрался к носу, все на островок глядят. И у кого глаза повострее, уж видят камни на острове и землянку показывают. А один уж и трех старцев разглядел. Вынес старшой трубу, посмотрел в нее, подал архиерею. “Точно, — говорит, — вот на берегу, поправей камня большого, три человека стоят”.
Посмотрел архиерей в трубу, навел куда надо; точно, стоят трое: один высокий, другой пониже, а третий вовсе маленький; стоят на берегу, за руки держатся.
Подошел старшой к архиерею. — Здесь, ваше преосвященство, остановиться кораблю надо. Если уж угодно, так отсюда на лодке вы извольте съездить, а мы тут на якорях постоим.
Сейчас распустили тросо, кинули якорь, спустили парус — дернуло, зашаталось судно. Спустили лодку, соскочили гребцы, и стал спускаться архиерей по лесенке.
Спустился архиерей, сел на лавочку в лодке, ударили гребцы в весла, поплыли к острову. Подплыли как камень кинуть; видят — стоят три старца: высокий — нагой, рогожкой опоясан, пониже — в кафтане рваном, и древненький сгорбленный — в ряске старенькой; стоят все трое, за руки держатся.
Причалили гребцы к берегу, зацепились багром. Вышел архиерей.
Поклонились ему старцы, благословил он их, поклонились они ему еще ниже. И начал им говорить архиерей.
— Слышал я, — говорит, — что вы здесь, старцы Божии, спасаетесь, за людей Христу-Богу молитесь, а я здесь, по милости Божьей, недостойный раб Христов, Его паству пасти призван; так хотел и вас, рабов Божиих, повидать и вам, если могу, поучение подать.
Молчат старцы, улыбаются, друг на дружку поглядывают.
— Скажите мне, как вы спасаетесь и как Богу служите, — сказал архиерей.
Воздохнул средний старец и посмотрел на старшего, на древнего; нахмурился высокий старец и посмотрел на старшего, на древнего. И улыбнулся старший, древний старец и сказал: “Не умеем мы, раб Божий, служить Богу, только себе служим, себя кормим”.
— Как же вы Богу молитесь? — спросил архиерей.
И древний старец сказал: “Молимся мы так: трое вас, трое нас, помилуй нас”.
И как только сказал это древний старец, подняли все три старца глаза к небу и все трое сказали: “Трое вас, трое нас, помилуй нас!”
Усмехнулся архиерей и сказал:
— Это вы про Святую Троицу слышали, да не так вы молитесь. Полюбил я вас, старцы Божии, вижу, что хотите вы угодить Богу, да не знаете, как служить Ему. Не так надо молиться, а слушайте меня, я научу. Не от себя буду учить вас, а из Божьего писания научу тому, как Бог повелел всем людям молиться Ему.
И начал архиерей толковать старцам, как Бог открыл себя людям: растолковал им про Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого и сказал:
— Бог Сын сошел на землю людей спасти и так научил всех молиться. Слушайте и повторяйте за мной.
И стал архиерей говорить: “Отче наш”. И повторил один старец: “Отче наш”, повторил и другой: “Отче наш”, повторил и третий: “Отче наш”. — “Иже еси на небесех”. Повторили и старцы: “Иже еси на небесех”. Да запутался в словах средний старец, не так сказал; не выговорил и высокий, нагой старец: ему усы рот заросли — не мог чисто выговорить; невнятно прошамкал и древний беззубый старец.
Повторил еще раз архиерей, повторили еще раз старцы. И присел на камушек архиерей, и стали около него старцы, и смотрели ему в рот, и твердили за ним, пока он говорил им. И весь день до вечера протрудился с ними архиерей; и десять, и двадцать, и сто раз повторял одно слово, и старцы твердили за ним. И путались они, и поправлял он их, и заставлял повторять сначала.
И не оставил архиерей старцев, пока не научил их всей молитве Господней. Прочли они ее за ним и прочли сами. Прежде всех понял средний старец и сам повторил ее всю. И велел ему архиерей еще и еще раз сказать ее, и еще повторить, и другие прочли всю молитву.
Уж смеркаться стало, и месяц из моря всходить стал, когда поднялся архиерей ехать на корабль. Простился архиерей с старцами, поклонились они ему все в ноги. Поднял он их и облобызал каждого, велел им молиться, как он научил их, и сел в лодку и поплыл к кораблю.
И плыл к кораблю архиерей, и все слышал, как старцы в три голоса громко твердили молитву Господню. Стали подплывать к кораблю, не слышно уж стало голоса старцев, но только видно было при месяце: стоят на берегу, на том же месте, три старца — один поменьше всех посередине, а высокий с правой, а средний с левой стороны.
Подъехал архиерей к кораблю, взошел на палубу, вынули якорь, подняли паруса, надуло их ветром, сдвинуло корабль, и поплыли дальше. Прошел архиерей на корму и сел там и все смотрел на островок. Сначала видны были старцы, потом скрылись из вида, виднелся только островок, потом и островок скрылся, одно море играло на месячном свете.
Улеглись богомольцы спать, и затихло все на палубе. Но не хотелось спать архиерею, сидел он один на корме, глядел на море, туда, где скрылся островок, и думал о добрых старцах. Думал о том, как радовались они тому, что научились молитве, и благодарил Бога за то, что привел Он его помочь Божьим старцам, научить их слову Божию.
Сидит так архиерей, думает, глядит в море, в ту сторону, где островок скрылся. И рябит у него в глазах — то тут, то там свет по волнам заиграет. Вдруг видит, блестит и белеется что-то в столбе месячном: птица ли, чайка или парусок на лодке белеется. Пригляделся архиерей. “Лодка, — думает, — на парусе за нами бежит. Да скоро уж очень нас догоняет. То далеко, далеко было, а вот уж и вовсе виднеется близко. И лодка не лодка, на парус не похоже. А бежит что-то за нами и нас догоняет”. И не может разобрать архиерей, что такое: лодка не лодка, птица не птица, рыба не рыба. На человека похоже, да велико очень, да нельзя человеку середь моря быть. Поднялся архиерей, подошел к кормчему:
— Погляди, — говорит, — что это?
— Что это, братец? Что это? — спрашивает архиерей, а уж сам видит — бегут по морю старцы, белеют и блестят их седые бороды, и, как к стоячему, к кораблю приближаются.
Оглянулся кормчий, ужаснулся, бросил руль и закричал громким голосом:
— Господи! Старцы за нами по морю, как по суху, бегут! — Услыхал народ, поднялся, бросились все к корме. Все видят: бегут старцы, рука с рукой держатся — крайние руками машут, остановиться велят. Все три по воде, как по суху, бегут и ног не передвигают.
Не успели судно остановить, как поравнялись старцы с кораблем, подошли под самый борт, подняли головы и заговорили в один голос:
— Забыли, раб Божий, забыли твое ученье! Пока твердили — помнили, перестали на час твердить, одно слово выскочило — забыли, все рассыпалось. Ничего не помним, научи опять.
Перекрестился архиерей, перегнулся к старцам и сказал:
— Доходна до Бога и ваша молитва, старцы Божии. Не мне вас учить. Молитесь за нас, грешных!
И поклонился архиерей в ноги старцам. И остановились старцы, повернулись и пошли назад по морю. И до утра видно было сиянье с той стороны, куда ушли старцы.



Home Паломничество

РОСТОВ
Светлана Ван Бейк-Никитина

Из серии «ПАЛОМНИЧЕСТВО ПО «ЗОЛОТОМУ КОЛЬЦУ»»
Первоначально свои впечатления об этом паломничестве я писала вовсе не для публикации. Предназначались они, в первую очередь, для родных и друзей. В силу журналистской привычки старалась подкрепить написанное фотографиями и выдержками из различных источников. Очень хотелось, чтобы мои друзья присоединились ко мне в следующей поездке.
Паломничество это я совершила в память мамы. Пригласила ее подругу, очень набожную женщину, которая мечтала об этой поездке, но... сами понимаете, как живут многие старые женщины в России. Со мной поехала одна из моих любимых подруг, в свою очередь, пригласив свою подругу-француженку. И так получилось, что внутри нашей маленькой (12 человек) группы образовался еще один уютный островок.
Еще раз хочу сказать огромное спасибо людям, доставившим нам эту Радость.
Интересно ли будет вам, читателям, не знаю. Судить вам. Написала, как могла, переделывать ничего не стала.

С любовью и уважением к читателям,
Светлана ван Бейк-Никитина

Золотое Кольцо сияет сотнями золотых куполов, освящено молитвами тысяч смиренных иноков, полито кровью новомучеников

Города, как люди, у каждого своя судьба. Один прост и незаметен в тихой красоте, другой знатен и величественен. Великим называли только два города – Новгород, северную столицу Руси, и родину былинных богатырей и сказочных героев Ростов. Ростов Великий или, как его еще именуют, Ростов Ярославский - один из древнейших русских городов. Он старше Москвы почти на 300 лет, ровесник Киева и Новгорода. Ростов на озере Неро упоминается в "Повести временных лет" под 862 годом, когда на Русь был призван родоначальник династии русских князей - Рюрик. Теперь, когда исконно русские города Киев и Полоцк оказались в другой стране, Ростов Великий стал самым древним городом в России
В домонгольское время Ростов был крупнейшим городом Северо-Восточной Руси. Процветание Ростова во многом зависело от торгового пути, который проходил через город на север в Вологду, Архангельск, Великий Устюг. В 1147 году на землях Великого Ростова появилось небольшое поселение под названием Москва...
Уже с XII века город именовался Великим. Такое именование означало не размер города, а величину светской и духовной власти, сосредоточенной в одном месте. Со времени утверждения на русской земле христианства и до конца XVIII века Ростов являлся центром епархии. Духовная жизнь Ростовской области в течение почти восьми столетий находилась под управлением ростовского епископа, главы первой самостоятельной епархии в Северо-Восточной Руси. «Наличие в городе архиерейской кафедры, -пишет в своей книге «Святыни Ростова Великого» священник Александр Парфенов,- как неиссякаемого источника благодати и апостольского преемства учительства, привело к дивному расцвету святости».
Ко времени татарского нашествия город имел каменный собор, княжеский двор с палатами и церковью, епископский двор и несколько монастырей, среди которых был и Григорьевский затвор, где уже в начале XIII века возникла школа иконописания и было учреждено духовное училище.
Ростов мог бы называться Великим даже только потому, что это родина преподобного Сергия Радонежского, «игумена земли русской». В молодости он поселился в лесной чащобе, построил церковь во имя Святой Троицы. Было ему явление Богоматери, видение благодатного огня над чашей, из которой он причащался. Наверное, многие из вас помнят картину М.В.Нестерова «Видение отроку Варфоломею». Таинственный монах-инок является смиренному отроку Варфоломею с предсказанием его грядущей духовной миссии. Этот эпизод взят художником из «Жития преподобного Сергия». Отрок Варфоломей, а именно так звали преп. Сергия до принятия монашества, провел в Варницах 15 лет. Многие москвичи думают, что явление ангела в виде инока отроку Варфоломею произошло в подмосковном Радонеже. Но на самом деле родители преподобного переехали из Варниц в Радонеж значительно позже. А значит, как следует из Жития, чудесное явление инока было как раз здесь, в Варницких полях под Ростовом. За молитвы и душевные качества Бог даровал ему дар чудотворений. Именно он благословил в 1380 году русские войска на Куликовскую битву. Уроженец Ростова «был плоть от плоти нашей и кость от костей наших, а поднялся на такую высоту, о которой мы не чаяли, чтобы кому-нибудь из наших она была доступна», - сказал о преподобном Сергии историк В.О.Ключевский. В Ростове почитается место рождения преподобного Сергия и его святых родителей – Свято-Троице Сергиев Варницкий монастырь, заложенный в 1427 году, то есть по явлении мощей преподобного. Туда мы и держим путь
Варницкий монастырь готовился в эти дни к приезду Святейшего патриарха Московского и Всея Руси Алексия II. Десять лет тому назад монастырь стал подворьем Свято-Троицкой Сергиевой Лавры (в настоящее время уже не подворье, а приписан к Лавре). Уцелевшие монастырские постройки тогда были сильно запущены. И не удивительно: после закрытия монастыря в 1919 году здесь семьдесят лет не проводились богослужения. Ирина с Сережей, опытные паломники из нашей группы, побывавшие здесь три года назад, просто ахнули – не ожидали, что строительство идет здесь такими темпами. Но с особым трепетом послушник монастыря рассказывал нам о миссионерской деятельности обители, о гимназии, куда с первого по девятый класс принимают как мальчиков, так и девочек. Обучение хотя и платное, но бедным семьям идут навстречу. Дети находятся здесь целый день, тут же и завтракают, и обедают. Кроме уроков, дети на Пасху и Рождество готовят представления. С прошлого года существует 10-й класс. Сюда принимают только мальчиков. Принимают не всех, а «с рассуждением», тех, кто собирается посвятить себя священнослужению. Поэтому, скорей всего, не прав был мальчик, которого мы встретили, покинув монастырь. Он с обидой сказал, что в гимназию принимают только богатеньких. А он к ним не относится, вот и просит милостыню Христа ради на хлеб насущный.
Здание гимназии производит на нас неизгладимое впечатление. 25 уютных обшитых деревом келий для десятиклассников, которые здесь и живут. Уютно и роскошно в гимназии... Широкие мраморные лестницы, тренированная профессиональная охрана на входе, роскошный конференц-зал с дубовым столом с золоченными гвоздями и огромным плоским телевизором, полученным в подарок от ФСБ. Здесь принимали Патриарха Московского и Всея Руси Алексия. 31 июля Святейший Патриарх совершил чин Великого освящения храма в честь Живоначальной Троицы, воссозданного на месте дома преподобных Кирилла и Марии, благочестивых родителей преподобного Сергия Радонежского. «В этот юбилейный год, - сказал Патриарх, - когда мы отмечаем 625-летие Куликовского сражения, завершено в общих чертах восстановление Троицкого монастыря в Варницах. Это прекрасно. Каждый из нас вспоминает, как совсем недавно было здесь все разрушено, и ничего не напоминало о месте рождения великого молитвенника. А теперь мы вступаем в обитель и ощущаем великое почитание места рождения святого".
В особой комнате находится макет будущего отстроенного монастыря. Мечта – белый собор во имя преподобного Сергия Радонежского. Архитектор уже есть. Это отец одного из мальчиков, который учится в гимназии. Планы большие...
В 1589 г. в Ростове была учреждена Митрополия. В этот период в Ростове начинается интенсивное каменное строительство, складываются архитектурные ансамбли, дошедшие до наших дней. Во второй половине XVII века при митрополите Ионе III Сысоевиче, крупнейшем церковном и государственном деятеле своей эпохи, сооружается Архиерейский двор, в XIX в. получивший название Ростовский кремль.
По стенам кремля можно, не сходя на землю, не только пройти во все храмы, но и обойти другие строения - настоящая средневековая крепость. Здесь снималась знаменитая сцена погони из кинокомедии "Иван Васильевич меняет профессию". Сейчас в кремле располагается Государственный музей-заповедник "Ростовский кремль".
Древнейшей святыней Ростова и предметом благоговейного поклонения богомольцев почитается кафедральный собор в честь Успения Пресвятой Богородицы
Храм, построенный в 911 году при князе Владимире, виден из любой точки города и далеко за его пределами. Его порог многократно истирался ногами святых - так можно сказать о соборе словами святителя Филарета. Нынешнему зданию собора скоро исполнится 500 лет. В этих стенах покоятся почти все правящие архиереи Ростово-Ярославские с XI по XVIII век.
В 1913 году здесь молились вместе Государь Николай II и Архиепископ Ярославский и Ростовский Тихон: будущие Царственные страстотерпцы с будущим Патриархом, также причисленном к лику святых
Собор сразу стал кафедральным, поскольку архиерейская кафедра утвердилась в Ростове со времени Крещения Руси. После перенесения в 1778 году кафедры в Ярославль, храм не потерял значения кафедрального. «Ярославский и Ростовский» - так звучит до сих пор титул архиерея этой земли.
Рядом с храмом - четырехглавая звонница со знаменитыми ростовскими колоколами, отлитыми на протяжении XVII-XIX веков (в их числе колокола "Сысой", "Полиелей", "Лебедь"). Всего на звоннице 15 колоколов. Чаша воды озера Неро, гулкие переходы Кремля отражают колокольный ростовский особый звон, слышный в радиусе двадцати километров.
Ростовские звоны по праву считаются классическими. Даже во времена гонения на Церковь они звучали на грампластинках и во многих кинофильмах. В наше время они сопровождают церковные службы.



Home Паломничество

РУССКАЯ ЗАРУБЕЖНАЯ ЦЕРКОВЬ (ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА)
Православная азбука.

Революция 1917 года и последующая гражданская война в России привели к массовой эмиграции наших соотечественников. По приблизительным подсчетам, количество русских беженцев в начале двадцатых годов составило 3 – 4 миллиона человек. Эмигранты оказались разбросанными по всему миру. Значительная часть их оказалась в Китае, другие потоки беженцев устремились в Константинополь, Западную Европу и на Балканы. Кроме того, более восьми миллионов православных жителей бывшей Российской Империи оказались за пределами советского государства – в отделившихся Польше, Литве, Эстонии, Латвии, Финляндии, а также на территориях, завоеванных неприятелем или переданных новой властью сопредельным государствам.
Православная вера объединяла беженцев, политические взгляды которых во многом различались, нередко – до противоположности. Потребность в устроении церковной жизни на чужбине изгнанники ощущали с особой остротой.
Вместе с тем, Священноначалие Русской Православной Церкви, вследствие гонений, испытывало большие затруднения в осуществлении духовного окормления общин, оказавшимся вне пределов России. «Беда в том, – писал Святейший Патриарх Тихон в начале двадцатых годов, – что мы долгое время (и даже "до дне сего") отрезаны от цивилизованного мира и с трудом и большим опозданием узнаем, что делается на свете». Эмигранты также имели смутное представление о том, что на самом деле происходило в России. «Казалось, - вспоминал митрополит Литовский и Виленский Елевферий (Богоявленский), – что между Патриархией и Зарубежной Церковью лежит такая непроходимая пропасть, что о каком-либо личном общении нельзя и думать. Нам, зарубежным, оставалось довольствоваться только случайными разнообразными вестями, цену которым, быть может, немногие давали применительно к своим убеждениям, чаще всего доверяли им».
Окормление эмигрантской паствы взяли на себя епископы и священники, оказавшиеся за границей вместе с беженцами. В таких условиях и возникла Русская Зарубежная Церковь, первоначально именовавшаяся зарубежной частью Русской Церкви.
Ее история восходит к 1919 году, когда в Ставрополе было организовано Временное высшее церковное управление епархий Юго-востока России. Главной задачей нового церковного органа было окормление паствы на территориях, контролируемых белой армией.

В ноябре 1920 года члены Управления покинули Россию. Наиболее авторитетные иерархи, покинувшие Россию, – митрополит Киевский и Галицкий Антоний (Храповицкий), архиепископ Волынский и Житомирский Евлогий (Георгиевский) – первоначально собирались затвориться в монастырях, а деятельность ВВЦУ прекратить, предоставив окормление русской паствы за рубежом соответствующим Поместным Церквам. По свидетельству биографа Владыки Антония, изменить свои планы и сохранить русскую церковную организацию он решил после того, как узнал о намерении генерала Врангеля сохранить военную организацию для борьбы с большевиками. Мысль о том, что за границей должна существовать единая Зарубежная Церковь, поддержал и архиепископ (впоследствии митрополит) Евлогий (Георгиевский). «Много овец осталось без пастырей, - писал он. - Нужно, чтобы Русская Церковь за границей получила руководителей. Не думайте, однако, что я выставляю свою кандидатуру».
19 ноября 1920 года на пароходе «Великий князь Александр Михайлович» в константинопольском порту состоялось первое за пределами России заседание ВВЦУ на юге России. Иерархи во главе с митрополитом Антонием (Храповицким) решили продолжить свою деятельность теперь уже среди эмигрантов. Указ, выданный Местоблюстителем Константинопольского Патриаршего Престола митрополитом Брусским Дорофеем в декабре 1920 года, разрешал деятельность Управления на территории Константинопольского Патриархата при подчинении верховной власти Патриарха, за которым сохранялись, в частности, и судебные прерогативы.
Каноническое основание для своей деятельности в эмиграции зарубежные иерархи усматривали в 39 правиле Шестого Вселенского Собора. Согласно этому правилу, кипрскому епископу Иоанну в Геллеспонтской области были предоставлены права продолжать церковное управление своим народом, вследствие военных событий покинувшим Кипр. Каноничность положения Русской Церкви в эмиграции обосновывал в своей статье «О правах епископов, лишившихся кафедр без своей вины» известный канонист профессор С.В. Троицкий, впоследствии в течение долгих лет трудившийся в качестве консультанта зарубежного Архиерейского Синода.
В качестве косвенного признания нового органа со стороны Святейшего Патриарха Тихона заграничные архиереи восприняли Патриарший указ № 424 от 8 апреля 1921 года, которым святитель Тихон подтверждал временное назначение архиепископа Евлогия (Георгиевского) управляющим русскими приходами в Западной Европе.
Еще одним документом, часто упоминавшимся за границей как основание для деятельности зарубежного Церковного Управления, стал указ Святейшего Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета от 20 ноября 1920 года за № 362. «В случае если епархия, вследствие передвижения фронта, изменения государственной границы и т. п. окажется вне всякого общения с Высшим Церковным Управлением или само Высшее Церковное Управление во главе с Святейшим Патриархом почему-либо прекратит свою деятельность, епархиальный архиерей немедленно входит в сношение с архиереями соседних епархий на предмет организации высшей инстанции церковной власти для нескольких епархий, находящихся в одинаковых условиях (в виде Временного Высшего Церковного правительства или митрополичьего округа или еще иначе)».

12 мая 1921 года Высшее церковное управление переехало из Стамбула на территорию Соединенного Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев. Правительство этого государства оказало русским эмигрантам гостеприимство, предоставило им работу и возможность учиться. Радушный прием встретили в королевстве и представители Русской Церкви. Сербский Патриарх Димитрий с любовью встретил русских архипастырей, оказавшихся в изгнании, и предоставил им свою резиденцию в Сремских Карловцах. 31 августа 1921 года Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви предоставил Высшему Церковному Управлению за границей право юрисдикции над русским духовенством, не состоящим на службе в Сербской Церкви.
Высшее Церковное Управление в тот период было признано большинством из свыше чем 30 русских архиереев, оказавшихся за границей. Среди них были такие видные иерархи, как священномученик Иоанн (Поммер), митрополит Платон (Рождественский), архиепископы Евлогий (Георгиевский), Анастасий (Грибановский), Серафим (Лукьянов), Елевферий (Богоявленский) и другие.
Для того чтобы упрочить свое каноническое положение, зарубежные архипастыри неоднократно пытались связаться со святителем Тихоном. В частности, в июле 1921 года митрополит Антоний представил Святейшему Патриарху рапорт с предложением учредить Высшее управление Российской Церковью за границей, объединяющее все зарубежные русские приходы и епархии Московского Патриархата, включая Финляндию, прибалтийские страны, Польшу, Северную Америку, Японию и Китай, под председательством Патриаршего наместника. Испрашивалось также благословение на созыв заграничного собрания Российской Церкви. Однако 13 октября 1921 года Святейший Патриарх Тихон, Священный Синод и Высший Церковный Совет Российской Православной Церкви признали нецелесообразным учреждение должности Патриаршего наместника «как ничем не вызываемое». Высшее церковное управление оставили «с прежними его полномочиями», не распространяя сферу его действия на Польшу и Прибалтику, а сообщение о предстоящем собрании приняли к сведению.
21 ноября 1921 года в Сремских Карловцах открылось Общецерковное заграничное собрание архиереев, клириков и мирян, в ходе заседаний переименованное во Всезарубежный Собор. Послание Собора «Чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим» содержало призыв к возвращению на российский престол законного православного Царя из Дома Романовых. Направленное от лица Собора послание к международной Генуэзской конференции, назначенной на апрель 1922 года для обсуждения вопросов о государственных долгах России, призывало все народы мира поддержать оружием и направлением добровольцев военный поход против советского государства.

Эти воззвания были использованы советской властью для обострения гонений на Церковь в России и коренным образом изменили отношения зарубежного центра с Московской Патриархией. Принятые в Карловцах документы противоречили принципу невмешательства Церкви в политические дела, ясно выраженному в Патриаршем послании от 8 октября 1919 года. «Мы с решительностью заявляем, - писал святитель Тихон, - что <…> установление той или иной формы правления не дело Церкви, а самого народа. Церковь не связывает себя ни с каким определенным образом правления, ибо таковое имеет лишь относительное историческое значение». Патриарх отметил, что служители Церкви «по своему сану должны стоять выше и вне всяких политических интересов, должны памятовать канонические правила Святой Церкви, коими она возбраняет своим служителям вмешиваться в политическую жизнь страны, принадлежать к каким-либо партиям, а тем более делать богослужебные обряды и священнодействия орудием политических демонстраций».
Власти в Москве требовали от святителя Тихона лишить сана зарубежных архиереев, однако Патриарх не желал подобных мер. 5 мая 1922 года последовал указ № 348 (349) Святейшего Патриарха, Священного Синода и Высшего Церковного Совета. Согласно указу, послания Карловацкого Собора признавались не выражающими официального голоса Русской Православной Церкви и, по причине их чисто политического характера, не имеющими канонического значения. Ввиду допущенных политических от имени Церкви заявлений, Высшее церковное управление за границей упразднялось, а власть над приходами в Европе сохранялась за митрополитом Евлогием. Был поставлен и вопрос о церковной ответственности духовных лиц за границей за их политические заявления, сделанные от имени Церкви.
На следующий день после подписания указа Святейший Патриарх Тихон был арестован. За границу информация об аресте святителя пришла раньше указа, к моменту получения которого уже была предпринята раскольниками-обновленцами попытка узурпировать власть в Русской Церкви. Вследствие этого большая часть представителей зарубежного епископата опасалась, что законная Церковная власть в России уничтожена окончательно. Во многом по этой причине указ № 348 был выполнен лишь формально.
Собор русских архиереев за границей 2 сентября 1922 года упразднил Высшее церковное управление в прежнем составе, однако образовал вместо него временный Архиерейский Синод во главе с митрополитом Антонием. Основанием для этого решения архипастыри называли указ Святителя Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета № 362 от 20 ноября 1920 года о епархиях, оказавшихся вследствие передвижения фронта или изменения государственной границы и подобных обстоятельств вне всякого общения с Высшим церковным управлением Русской Православной Церкви. Зарубежные архиереи сочли, что указ давал право на создание церковной организации и за пределами канонической территории Русской Православной Церкви, где ее епархий доселе не существовало. Заграничный Архиерейский Собор в июне 1923 года подтвердил решение о создании Синода.

После кончины святителя Тихона 7 марта 1925 года зарубежные архиереи не сразу признали полномочия Патриаршего Местоблюстителя священномученика Петра (Полянского), что во многом было вызвано неизвестностью за границей относительно намерений Местоблюстителя и его дальнейших действий по отношению к обновленцам. 9 апреля 1925 года Архиерейский Синод Русской Зарубежной Церкви счел целесообразным, «в случае, если советская власть в России не допустит избрания нового Патриарха, а будет путем насилия и обмана навязывать и укреплять власть обновленческого синода или насиловать архипастырскую совесть Местоблюстителя или нового Патриарха, предоставить Председателю Архиерейского Синода Высокопреосвященнейшему митрополиту Антонию с правами временного, до созыва канонического Всероссийского Священного Собора, заместителя Патриарха, представительствовать Всероссийскую Православную Церковь и, насколько позволяют условия и обстоятельства, руководить церковной жизнью и Церковью не только вне России, но и в России». Однако осенью того же года Архиерейский Синод приостановил действие данного определения. Выступления митрополита Петра против обновленцев, его отказ участвовать в обновленческом соборе способствовали признанию заграничными архиереями полномочий будущего священномученика в качестве Патриаршего Местоблюстителя.
Отношения зарубежных архипастырей с Заместителем Патриаршего Местоблюстителя митрополитом Сергием (Страгородским), возглавлявшим Русскую Церковь после ареста митрополита Петра 10 декабря 1925 года, первоначально были доверительными. Однако после предложения архиереям в Западной Европе дать подписку о лояльности по отношению к советской власти, а также после издания в Послания к пастырям и пастве митрополита Сергия и временного Патриаршего Синода от 29 июля 1927 года (так называемой «Декларации митрополита Сергия»), Архиерейский Синод 5 сентября 1927 года принял решение прервать общение с Заместителем Патриаршего Местоблюстителя.
«Послание митрополита Сергия, - говорилось в Окружном послании Архиерейского Собора Русской Православной Церкви за границей от 9 сентября 1927 года, - не архипастырское и не церковное, а политическое и потому не может иметь церковно-канонического значения и не обязательно для нас, свободных от гнета и плена богоборной и христоненавистной власти <…> Такое постановление не может быть признано законным и каноническим». Собор, от которого к тому времени уже отделились митрополиты Евлогий и Платон с возглавлявшимися ими приходами в Западной Европе и Северной Америке, постановил прекратить сношения с московской церковной властью, продолжая признавать в качестве главы Русской Церкви Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра, находившегося в ссылке. Вместе с тем, в Послании говорится, что «заграничная часть Русской Церкви почитает себя неразрывною, духовно-единою ветвью великой Русской Церкви. Она не отделяет себя от своей Матери-Церкви и не считает себя автокефальною». Подобные заявления повторялись и в других документах Русской Зарубежной Церкви, в том числе в принятом в 1956 году Положении о Русской Православной Церкви за границей, в котором она определяется как «неразрывная часть поместной Российской Православной Церкви, временно самоуправляющаяся на соборных началах до упразднения в России безбожной власти».
Общение между Священноначалием Церкви в Отечестве и иерархами в зарубежье было, таким образом, прервано на долгие десятилетия. В 1934 году Заместитель Патриаршего местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский) издал указ о запрещении в священнослужении митрополита Антония (Храповицкого) и нескольких зарубежных иерархов. Архиерейский Синод Зарубежной Церкви не признал данного постановления.
Разделение сохранялось и после смерти Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Антония (Храповицкого), последовавшей в 1936 году. Преемниками митрополита Антония на посту Председателя Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви были митрополиты Анастасий (Грибановский) (1936 – 1964), Филарет (Вознесенский) (1964 – 1985), Виталий (Устинов) (1985 – 2001), Лавр (Шкурла) (с 2001 года).
Важную роль в жизни Русской Зарубежной Церкви играли Всезарубежные Соборы. В августе 1938 года в Сремских Карловцах состоялся Второй Всезарубежный Собор, в сентябре 1974 года в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле прошел Третий Всезарубежный Собор, в мае 2006 года в Сан-Франциско состоялся Четвертый Всезарубежный Собор, принявший историческое решение о воссоединении Русской Церкви.

В годы Второй Мировой войны некоторые из представителей Русской Зарубежной Церкви выражали надежду на освобождение России от власти большевиков силой оружия. Другие архипастыри, наоборот, ожидали победы Красной армии. Так известный подвижник благочестия, в 1994 году канонизованный Архиерейским Собором Русской Зарубежной Церкви, епископ Шанхайский Иоанн (Максимович) совершал денежные сборы на нужды Красной армии, служил благодарственные молебны после ее побед над гитлеровцами. Категорически отказывался благословлять русских эмигрантов на борьбу против России и архиепископ Богучарский Серафим (Соболев), управлявший русскими приходами в Болгарии.
В ходе Второй Мировой войны Архиерейский Синод покинул Сремские Карловцы и с 1946 года находился в Мюнхене. С 1950 г. Архиерейский Синод пребывает в Нью-Йорке.
По окончании войны, 10 августа 1945 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I обратился с посланием к зарубежным архипастырям и клиру, где призывал их к единству с Московским Патриархатом. В этот период в юрисдикцию Московского Патриархата были приняты митрополит Мелетий (Заборовский), архиепископы Димитрий (Вознесенский), Серафим (Соболев), Виктор (Святин), Нестор (Анисимов), Ювеналий (Килин) и Серафим (Лукьянов).
Стоит отметить, что Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I, находясь в Югославии в 1945 году, отслужил панихиду по митрополиту Антонию.
Архиепископ Западно-Американский и Сан-Франциский Иоанн (Максимович) (1896 - 1966), говорил: «Я каждый день на проскомидии поминаю Патриарха Алексия. Он Патриарх. И наша молитва всё-таки остается. В силу обстоятельств мы оказались отрезаны, но литургически мы едины. Русская Церковь, как и вся Православная Церковь, соединена евхаристически, и мы с ней и в ней. А административно нам приходится, ради нашей паствы и ради известных принципов, идти этим путем, но это нисколько не нарушает таинственного единства всей Церкви». В середине 1960-х годов архиепископ Иоанн писал: «Русская Зарубежная Церковь духовно не отделяется от страждущей Матери. Она возносит за нее молитвы, хранит ее духовные и вещественные богатства и в свое время соединится с нею, когда исчезнут причины, разъединяющие их».

В течение десятилетий Русская Зарубежная Церковь усердно хранила традиции православного благочестия, восходящие к дореволюционной Руси, активно занималась издательской и просветительской деятельностью. Продолжалась и монашеская жизнь. Новым воплощением почаевских иноческих традиций стал монастырь святого Иова в Ладомирове (Чехо-Словакия), основанный в 1923 году. В 1946 году братия монастыря переехала в Соединенные Штаты Америки, где влилась в состав Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле (штат Нью-Йорк), основанного в 1930 году. Свято-Троицкий монастырь надолго стал главным духовным центром Русской Зарубежной Церкви. Здесь возобновилось и начатое в монастыре святого Иова издательское дело. Трудами братии издано множество газет, журналов и книг. Часть этих изданий с большими затруднениями удавалось порой переправлять в Россию.
На Родине, где в то время издание духовной литературы было крайне ограничено, хорошо знали такие сочинения авторов из Русской Зарубежной Церкви, как «Закон Божий» протоиерея Серафима Слободского, «Толкование на Четвероевангелие» и «Толкование на Апостол» архиепископа Аверкия (Таушева), «Догматическое богословие» протопресвитера Михаила Помазанского.
На территории монастыря в Джорданвилле расположилась и основанная в 1948 году Свято-Троицкая духовная семинария, которая стала духовно-образовательным центром Русской Зарубежной Церкви. В семинарии обучаются студенты из разных частей мира. После пяти лет обучения выпускники получают степень бакалавра богословия.
В Знаменском храме при Архиерейском Синоде в Нью-Йорке хранится чудотворная Курская-Коренная икона Божией Матери, вывезенная из России в 1920 году. Икона часто переносится для поклонения в различные епархии и приходы Русской Зарубежной Церкви. В 2005 году чудотворная икона была временно доставлена для молитвенного почитания в Никольский Патриарший собор в Нью-Йорке.
Драгоценной святыней Русской Зарубежной Церкви являются также мощи святых преподобномучениц великой княгини Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары, убитых большевиками в 1918 году. Останки преподобномучениц в 1921 году были перевезены в Иерусалим, где они ныне почивают в храме святой Марии Магдалины. В 2004 – 2005 годах святые мощи преподобномучениц были доставлены и в Россию. Мощи святых подвижниц привозились в 61 епархию в России и других странах СНГ. В общей сложности преподобномученицам поклонилось около 8 миллионов человек.
В 1988 году Церковь в Отечестве и Церковь за границей торжественно праздновали 1000-летие Крещения Руси. В это время на Родине повеяло свободой для Церкви. Поместный Собор 1988 года канонизировал Патриарха Тихона и целый ряд подвижников Русской Церкви. Церкви стали постепенно возвращаться храмы и монастыри.
Эти перемены дали надежду на скорое единство с Зарубежной Церковью. Члены Поместного Собора 1988 года в обращении «К чадам, не имеющим канонического общения с Матерью-Церковью» призвали представителей Русской Православной Церкви за границей к диалогу. «Такой диалог, - говорится в Обращении, - милостью Божией, мог бы привести нас к столь желаемому восстановлению церковного общения, помог бы разрушить разъединяющие ныне нас преграды. Заверяем вас, что никоим образом мы не хотим ни стеснить вашу свободу, ни получить господство над наследием Божиим (1 Пет. 5. 3), но всем сердцем стремимся к тому, чтобы прекратился соблазн разделения между единокровными и единоверными братьями и сестрами, чтобы вас мы могли в единомыслии единым сердцем возблагодарить Бога у единой Трапезы Господней».
Вместе с тем, надежды на скорое развитие диалога потерпели значительный урон, когда в 1990 году, несмотря на несогласие ряда архипастырей, Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви вынес решение об открытии приходов своей юрисдикции на канонической территории Московского Патриархата. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в октябре 1990 года в связи с этим издал обращение «К архипастырям, пастырям и всем верным чадам Русской Православной Церкви», в котором призвал хранить единство Церкви, а к зарубежным иерархам обратился с братской просьбой не создавать новых препятствий для единства Церкви. «И сейчас, - говорится в документе, - мы по-прежнему готовы все понять и все простить. Даже несмотря на то, что руководство Русской Зарубежной Церкви усилило существующее разделение, образуя параллельную иерархическую структуру и способствуя созданию своих приходов на канонической территории Московского Патриархата, мы вновь протягиваем им руку, призывая к открытому и честному диалогу по всем вопросам, вызывающим разногласия между нами <…> Мы призываем всех наших православных соотечественников искать мира и любви между собой, оставив все то, что не может, а, следовательно, и не должно служить причиной разделения у исповедующих одну спасительную правую веру».

В октябре 1991 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в своем открытом письме участникам Конгресса соотечественников сказал: «Внешние оковы агрессивного безбожия, долгие годы связывавшие нас, пали. Мы свободны, и это создает предпосылки для диалога, ибо именно свобода нашей Церкви от гнета тоталитаризма была тем условием встречи с заграничными братьями и сестрами, о котором неоднократно говорило Священноначалие Русской Зарубежной Церкви. Сегодня нужно преодолеть горечь, раздражение, личную неприязнь <…> Со всей искренностью говорю: мы готовы к диалогу. Как только Священноначалие Русской Зарубежной Церкви выразит такую же готовность, мы незамедлительно встретимся с его представителями для обсуждения того, что волнует их и нас».
Определенным этапом в развитии диалога стали начавшиеся в 1993 году регулярные собеседования между представителями Московского Патриархата во главе с архиепископом Берлинским и Германским Феофаном и клириками Берлинской епархии Русской Зарубежной Церкви во главе с архиепископом Марком. Всего прошло девять собеседований. В совместном заявлении участников девятого собеседования, прошедшего в декабре 1997 года, было отмечено: «Все мы воспринимаем себя как чада духовных устоев Русской Церкви. Она есть Матерь-Церковь для всех нас… Мы согласны в том и отмечаем, что благодатность таинств, священства и церковной жизни не должна ставиться под вопрос… Если в настоящий момент нет евхаристического общения клира Московского Патриархата и Русской Зарубежной Церкви, то этим не утверждается «безблагодатность» другой стороны».

Важной вехой на пути к единству стал Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, состоявшийся в Москве в августе 2000 года. Собор прославил Новомучеников и Исповедников Российских, принял «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», где прояснялась позиция Московского Патриархата в отношении к государственной власти. Был также принят документ «Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию», в котором ясно излагается позиция Московского Патриархата по вопросу о межконфессиональном диалоге. Решения Собора были положительно восприняты в Русской Зарубежной Церкви. С этого времени усилилось стремление к диалогу.
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в докладе на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года назвал разделение между Церковью в Отечестве и Церковью за границей «исторической трагедией русского народа» и призвал Русскую Зарубежную Церковь к единству. «Русская Православная Церковь, - сказал Святейший Патриарх, - вновь и вновь призывает к обретению канонического единства всех православных верующих в диаспоре, связывающих свою церковную жизнь с духовными идеалами исторической России». В октябре того же года Святейший Патриарх Алексий вновь назвал разделение «исторически изжитым».
24 сентября 2003 года в Генеральном консульстве России в Нью-Йорке состоялась встреча Президента Российской Федерации В.В. Путина с Председателем Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви митрополитом Нью-Йоркским и Восточно-Американским Лавром. В.В. Путин передал митрополиту Лавру письмо от Святейшего Патриарха Алексия. От своего имени и от имени Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Президент пригласил митрополита Лавра посетить Россию.
В ноябре 2003 года по приглашению Московского Патриархата Москву посетила делегация Русской Зарубежной Церкви, в том числе архиепископ Берлинский и Германский Марк, архиепископ Сиднейский и Австралийско-Новозеландский Иларион и епископ (ныне – архиепископ) Сан-Францисский и Западно-Американский Кирилл. В ходе визита состоялась встреча зарубежных иерархов со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием, прошли переговоры с членами Священного Синода Русской Православной Церкви. При этом была ясно выражена воля сторон к установлению молитвенно-евхаристического общения. Было также рекомендовано создать комиссии, призванные способствовать решению накопившихся за годы разделения проблем. 21 ноября, в день Святого Архистратига Божия Михаила члены делегации Русской Зарубежной Церкви молились на богослужении в Архангельском соборе Московского Кремля. По окончании богослужения Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий сказал: «мы с особой радостью приветствуем делегацию Русской Зарубежной Церкви, члены которой молились сегодня вместе с нами. Отрадно, что после многих десятилетий разделения мы встали на путь, ведущий к церковному единству. С падением коммунистического режима и установлением религиозной свободы в России появились предпосылки для того, чтобы начать путь к единению… Главная задача, которую мы ставим перед собой, - достичь молитвенного и евхаристического общения».
Вопрос о каноническом единстве обсуждался на Архиерейском Соборе Русской Зарубежной Церкви, который состоялся 13 – 17 декабря 2003 года. Святейший Патриарх Алексий в своем послании к этому Собору отметил, что слова и действия как представителей Русской Зарубежной Церкви, так и представителей Московского Патриархата не всегда соответствовали высокому призванию Церкви, что «определялось внешними обстоятельствами церковной жизни, а иногда и прямым давлением нецерковных сил». Предстоятель заявил: «Господь уберег Свою Церковь от уклонения в ереси, сохранил догматическое единство и апостольскую преемственность рукоположений. Врагами раздиралась внешняя риза церковная, но Тело Христово сохраняло сокровенное единство. Приступая к чаше Святой Евхаристии, люди Божии в России и за ее пределами приобщались к единому источнику животворящей благодати». По мнению Его Святейшества, «уже сейчас Русская Православная Церковь в Отечестве и Русская Зарубежная Церковь по существу разделяют и отстаивают перед лицом всего мира единое восприятие духовных и нравственных ценностей».

Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви откликнулся на слова Святейшего Патриарха. В послании Собора говорится: «Сохраненное в глубинах подлинное церковное единство нам следует явить. Тело Христово есть Церковь и Таинство во всех таинствах есть одно – Тело Христово. На нас возложена ответственность: вопреки всем препятствиям, могущим встретиться нам на пути преодоления преград, раскрыть свои сердца для восприятия Божьего промышления о Церкви Своей». Собор принял решение о создании комиссии для обсуждения вопросов, препятствующих объединению.
Решение о создании комиссии по диалогу с Русской Зарубежной Церковью в декабре 2003 года было принято и Священным Синодом Русской Православной Церкви.
В декабре того же года состоялось Всезарубежное пастырское совещание Русской Зарубежной Церкви, которое обсудило вопросы церковного единства. В совещании приняли участие и клирики Московского Патриархата. В своем обращении участники Пастырского совещания заявили, что приветствуют шаги, направленные к единству Русской Церкви. С большим удовлетворением за рубежом было воспринято и Послание Святейшего Патриарха Алексия к Архиерейскому Собору Русской Зарубежной Церкви. «В этом письме, - говорилось в обращении Пастырского совещания, - нас обнадеживают слова , свидетельствующие о понимании Русской Зарубежной Церкви как части Русской Церкви».
Важность единства Церкви в Отечестве и Церкви за границей отметил в одном из своих публичных выступлений Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви митрополит Лавр. Архипастырь отметил, что объединение «избавит нашу Церковь от самоизоляции и неизбежно связанных с ней раздроблений и разделений, с одной стороны, и, с другой стороны, от растворения ее в окружающей ее инославной среде». Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви осудил и и тех членов Русской Зарубежной Церкви, которые сомневаются в благодатности Церкви в Отечестве. «Вместо любви к Богу, - сказал митрополит Лавр, - и любви к ближнему, вместо любви к нашей Родине – России, они насаждают в своих сердцах ненависть и презрение. Упорствующие в таком мнении впадают в гордыню и ересь неофарисейства».
Знаменательным событием во взаимоотношениях между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью стал визит в Россию делегации Русской Зарубежной Церкви во главе с Первоиерархом Русской Православной Церкви за границей митрополитом Восточно-Американским и Нью-Йоркским Лавром. В состав официальной делегации вошли архиепископ Берлинский и Германский Марк, председатель комиссии по переговорам с Московским Патриархатом, архиепископ Сан-Францисский и Западно-Американский Кирилл, а также шесть клириков Русской Зарубежной Церкви. Вместе с митрополитом Лавром прибыла паломническая группа из 12 клириков Русской Зарубежной Церкви. Официальный визит Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви стал первым за все годы разделения между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью и явился значительным шагом к единству.
Глава Русской Зарубежной Церкви прибыл в Москву 14 мая.
Символичным событием данного визита стала закладка храма на месте массовых расстрелов на Бутовском полигоне, которая состоялась 15 мая. Делегация Русской Зарубежной Церкви приняла участие в закладке этого храма.
18 мая в Патриаршей резиденции в Свято-Даниловом монастыре собеседования продолжились под председательством Святейшего Патриарха. Было определено, что цель процесса сближения – восстановление евхаристического общения и канонического единства. Комиссиям, образованным в декабре 2003 года, было поручено приступить к совместной работе и указаны темы для обсуждения.
Важным этапом в деле восстановления канонического общения стала работа комиссии Московского Патриархата по диалогу с Русской Зарубежной Церковью и комиссии Русской Зарубежной Церкви по переговорам с Московским Патриархатом.
В октябре 2004 года состоялся Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, который одобрил уже достигнутые результаты работы комиссий и признал единство Русского Православия делом исключительной важности. Архиерейский Собор, на основании состоявшегося обсуждения, поручил утверждение акта о каноническом общении Священному Синоду Русской Православной Церкви.
В мае 2006 года Четвертый Всезарубежный Собор, состоявшийся в Сан-Франциско, принципиально одобрил курс к единству между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью.
Комиссии закончили свою работу в ноябре 2006 года. За это время были выработаны проекты документов, определяющих канонический статус Русской Зарубежной Церкви в составе Московского Патриархата, отношение сторон к проблемам взаимоотношений Церкви и государства, Православной Церкви и инославия. Все эти документы впоследствии были одобрены Священным Синодом Русской Православной Церкви и Архиерейским Синодом Русской Православной Церкви за границей.
Одновременно с проведением переговоров Московский Патриархат и Русская Зарубежная Церковь осуществили ряд совместных начинаний, свидетельствующих, что объединение находит живой отклик среди православной паствы.
За последние несколько лет делегации Русской Зарубежной Церкви неоднократно совершали поездки в Россию. Так, весной 2005 года представители Русской Зарубежной Церкви принимали участие в перезахоронении на кладбище Донского монастыря останков генерала А.И. Деникина и философа И.А. Ильина с их супругами, а в 2006 году – в перезахоронении останков Императрицы Марии Феодоровны.
Начиная с 2005 года представители Русской Зарубежной Церкви принимают участие и в работе Всемирных Русских Народных Соборов.

Символом грядущего единства стал и совместный проект Берлинско-Германской епархии Русской Зарубежной Церкви и Ставропольской и Владикавказской епархии Московского Патриархата по возведению монастыря и реабилитационного центра в Беслане.
Наконец, 17 мая 2007 года в Храме Христа Спасителя в Москве состоялось торжественное подписание Акта о каноническом общении между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью. После подписания состоялось первое совместное богослужение.
19 мая делегация Русской Зарубежной Церкви приняла участие в освящении храма святых Новомучеников и Исповедников Российских на Бутовском полигоне. 20 мая Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви митрополит Лавр и делегация Русской Зарубежной Церкви сослужили Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию за литургией в Успенском соборе Московского Кремля.
В настоящее время в Русской Зарубежной Церкви 8 епархий и более 300 приходов.
По великой милости Божией разделение Русского Православия преодолено. Впереди время совместной плодотворной работы на благо Святой Церкви. И совместные труды, совершаемые в духе заповеданной Христом любви, послужат укреплению Святой Церкви.

Источник:
http://www.russk.ru/



Home Непридуманные истории

ДНЕВНИК ПИСАТЕЛЯ. 1873 ГОД. V. ВЛАС
Ф. М. Достоевский

Происшествие это истинное и уже по одной своей необыкновенности замечательное.
На Руси, по монастырям, есть, говорят, и теперь иные схимники, монахи - исповедники и советодатели. Хорошо или дурно это, нужно ли монахов или не нужно их - про это в данную минуту не хочу рассуждать и не для того взял перо. Но так как мы живем в данной действительности, то ведь нельзя же выпихнуть из рассказа хотя бы даже и монаха, если на нем зиждется рассказ. Эти монахи-советодатели бывают иногда будто бы великого образования и ума. Так, по крайней мере, повествуют о них; я ничего не знаю. Говорят, что встречаются некоторые с удивительным будто бы даром проникновения в душу человеческую и умения совладать с нею. Несколько таких лиц известны, говорят, всей России, то есть, в сущности, тем, кому надо. Живет этот старец, положим, в Херсонской губернии, а к нему едут или даже идут пешком из Петербурга, из Архангельска, с Кавказа и из Сибири. Идут, разумеется, с раздавленною отчаянием душою, которая уже и не ждет себе исцеления, или с таким страшным бременем на сердце, что грешник уже и не говорит о нем своему священнику-духовнику, - не от страха или недоверия, а просто в совершенном отчаянии за спасение свое. А прослышит вдруг про какого-нибудь такого монаха-советодателя и пойдет к нему.
"И вот, - говорил один из таких старцев однажды в дружеской беседе наедине с одним слушателем, - выслушиваю я людей двадцать лет, и верите ли, уж сколько, казалось бы, в двадцать лет знакомства моего с самыми потаенными и сложными болезнями души человеческой; но и через двадцать лет приходишь иногда в содрогание и в негодование, слушая иные тайны. Теряешь необходимое спокойствие духа для подания утешения и сам вынужден себя же укреплять в смирении и безмятежности..."
И тут-то он и рассказал ту удивительную повесть из народного быта, о которой я выше упомянул.
"Вижу, вползает ко мне раз мужик на коленях. Я еще из окна видел, как он полз по земле. Первым словом ко мне:
- Нет мне спасения; проклят! И что бы ты ни сказал - всё одно проклят!
Я его кое-как успокоил; вижу, за страданием приполз человек; издалека.
- Собрались мы в деревне несколько парней, - начал он говорить, - и стали промежду себя спорить: "Кто кого дерзостнее сделает?" Я по гордости вызвался перед всеми. Другой парень отвел меня и говорит мне с глазу на глаз:
- Это никак невозможно тебе, чтобы ты сделал, как говоришь. Хвастаешь.
Я ему стал клятву давать.
- Нет, стой, поклянись, говорит, своим спасением на том свете, что всё сделаешь, как я тебе укажу.
Поклялся.
- Теперь скоро пост, говорит, стань говеть. Когда пойдешь к причастью - причастье прими, но не проглоти. Отойдешь - вынь рукой и сохрани. А там я тебе укажу.
Так я и сделал. Прямо из церкви повел меня в огород. Взял жердь, воткнул в землю и говорит: положи! Я положил на жердь.
- Теперь, говорит, принеси ружье.
Я принес.
- Заряди. Зарядил.
- Подыми и выстрели.
Я поднял руку и наметился. И вот только бы выстрелить, вдруг предо мною как есть крест, а на нем Распятый. Тут я и упал с ружьем в бесчувствии".
Происходило это еще за несколько лет до прихода к старцу. Кто был этот Влас, откуда и как его имя - старец, разумеется, не открыл, равно как и покаяние, которое наложил на него. Должно быть, обременил душу страшным трудом, даже не по силам человеческим, рассуждая, что чем больше, тем тут и лучше: "Сам за страданием приполз". Не правда ли, что происшествие даже весьма характерное с одной стороны, на многое намекающее, так что, пожалуй, и стоит двух-трех минут особенного разбора. Я всё того мнения, что ведь последнее слово скажут они же, вот эти самые разные "Власы", кающиеся и некающиеся; они скажут и укажут нам новую дорогу и новый исход из всех, казалось бы, безысходных затруднений наших. Не Петербург же разрешит окончательную судьбу русскую. А потому всякая, даже малейшая, новая черта об этих теперь уже "новых людях" может быть достойна внимания нашего.

ЧУДО ЕВХАРИСТИИ

Это произошло в VIII веке в Италии. У иеромонаха, в церкви города Ланчано совершавшего таинство Евхаристии, вдруг возникло сомнение: истинны ли Тело и Кровь Господни, сокрытые под видом хлеба и вина. Со страхом произносил священник святые слова Евхаристического канона, но сомнения продолжали мучить его.
Между тем, Пресуществление произошло. Со словами молитвы он преломил Евхаристический Хлеб, и тут крик изумления огласил небольшую церковь. Под пальцами иеромонаха преломляемый Хлеб вдруг превратился во что-то другое: это был тонкий срез Плоти, напоминающий мышечную ткань человеческого тела. Да и в чаше было уже не вино - там была густая алая Жидкость, удивительно похожая на… Кровь. Через некоторое время Кровь свернулась в пять шариков и затвердела.
С тех пор прошло 12 столетий, а Кровь и Плоть Господни сохраняются в городе Ланчано в том виде, что и в день чуда.
В 70-х годах ХХ века были произведены специальные исследования. Ученые сделали вывод: ланчанские Святые Дары - это подлинные человеческие Плоть (фрагмент мышечной ткани сердца) и Кровь (со всеми свойствами свежей крови, причем эти шарики обладают необъяснимым чудесным свойством - если положить эти шарики на любые весы, то каждый шарик весит столько же, сколько весят и все остальные).

ВОСКРЕСНАЯ ПРОПОВЕДЬ: ЧУДО БОЖЕСТВЕННОЙ ЕВХАРИСТИИ!
Протоиерей Олег Чекрыгин

Я знаю человека, который много лет тому назад, будучи мирянином, привез батюшку на машине, (он был водителем) и сам зашел в Храм поглазеть. Он, будучи верующим, не склонен был к религиозным порывам, высоким чувствам – просто зашел человек в Храм помолиться, лоб перекрестить. И что же увидел этот человек, самый обычный? Отверсты Царские врата, служит архиерей, идет евхаристический канон (он тогда не знал, что происходит, он человек простой, и рассказывал просто, поэтому его рассказ такой достоверный). Протодиакон возносит Святые Дары – вы знаете, когда поднимается Чаша и Дискос, и священник произносит: «Твоя от твоих, Тебе приносящих за всех и за вся».
Человек этот был далек от Богослужения, ничего этого не знал, на службу, если и приходил, то приходил формально, и вдруг он видит: протодиакон поднимает в алтаре как бы куклу-«голыша»! Он ничего не понял, но увидел большую куклу, как раньше, помните, были куклы-«голыши», без одежды. Он смотрит и удивляется: «Что это они в алтаре делают – куклу поднимают?» – такие простые мысли. Это потом до него дошло, и до того, кому он это рассказывал, что он видел, как поднимают на руках Самого Младенца-Христа! В тот момент, когда поднимают Чашу и Дискос – не Чашу и Дискос поднимает священник, а Младенца-Христа, который сейчас в жертву будет приноситься и умирать – за вас! Вот что происходит в Церкви, и это увидел простой человек, своими глазами! Это потрясающее чудо, потрясающее событие! И видел это человек, который сначала не понял, что он видит!
Вот что происходит на Литургии, и это происходит каждый день! А мы стоим здесь с хладным сердцем и не видим этого. Придя сюда, мы и не собирались ни во что вникать, не захотели ни в чем разобраться, потому что пришли исполнить формальный долг. Бог есть для нас неизвестно где, а в Церковь мы пришли на всякий случай Его умилостивить, чтобы увернуться от того, что Он может на нас рассердиться и сделать нам плохо. А здесь – Жизнь! Это и есть настоящая жизнь, а мы в нее так и не вошли. И чтение, и пение наше наполнено великого смысла, величественных идей, о которых мы вам на проповедях таким жалким образом рассказываем. Все это заключено в Богослужебных текстах, которые были составлены умнейшими, сердечнейшими, духовнейшими людьми, жившими на свете – для вас, для того, чтобы вам об этом рассказать языком высочайшим.


Редакция благодарит всех наших корреспондентов, предоставивших свои материалы для этого номера «Православного собеседника»: Марию ван дер Клут, Светлану Ван Бейк-Никитину, Николая Державина.

С нетерпением ждем от прихожан и читателей новых рассказов, а также вопросов, комментариев и предложений.

Материалы принимают в электронном формате.
Рукописи не рецензируются и не возвращаются.

Мнение редакции может не всегда полностью совпадать с мнением авторов материалов.
При использовании авторских материалов нашего издания просьба ссылаться на «Православный собеседник»
 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 7 из 16
Разместите
наш баннер
на своем сайте!

ХРАМ СВ. БЛАГОВЕРНОГО ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО - ROTTERDAM

Код баннера
смотрите здесь


Паломническая служба для инвалидов



«Сестры» — Ново-Тихвинский женский монастырь



Ðåéòèíã@Mail.ru

Rambler's Top100

Православный каталог